Глава 5

            — ВЕРНУТЬСЯ В ОГЛАВЛЕНИЕ —
 
Телефонный звонок долго и настойчиво звонил где-то рядом. Наконец он перестал звонить. Но не прошло и минуты, как начал звонить снова.
“Да, это не будильник, который замолкал при одном нажатии на кнопку выключения. Придётся идти”, – подумал Дима, и начал совершать соответствующие движения.
– Алё, – сказал он в трубку, не узнав свой собственный голос, который был низкий и охрипший.
– Э-э-а, а Диму можно к телефону, здрастьте! – услышал Дима голос Фишера.
Дима прокашлялся:
– Привет, это я.
– О! Нормально! А сейчас – это тоже ты был? – спросил Саня.
– Да. Я тут везде, – ответил Дима, осматривая комнату. Оказывается, Дима спал этой ночью не у себя в комнате на своей кровати, а в большой комнате, на диване, не раздеваясь, в одежде.
– Блин, ты куда пропал-то? – спросил Фишер. – Мы раз-раз, нету Димы. Мы подумали, что ты с какой-то тёлкой урулил куда-нибудь, и оставили эту тему. А вчера ты где был?
– А-а, – подумал Дима снова осматривая комнату, – дома наверное.
– Наверное? Норма-а-а-ально! А чего телефон не брал? Я те раза четыре звонил.
– Не знаю, отдыхал наверное.
– Короче, я сейчас выдвигаюсь в пивняк к тебе на Гоголя. Буду там через полчаса. Там хорошо, зелени много, природа, тихо. Давай в общем туда, пивка попьём немного. Гуд?
Дима посмотрел на часы, было около десяти утра.
– Хорошо, буду.

Фишер критично осмотрел Диму, опустил взгляд с его припухшего от алкогольных возлияний лица к ногам, потом опять поднимая взгляд на Димино лицо, и многозначительно произнёс:
– Да-а-а-а. Что-то не нравишься ты мне сегодня. На-ка пивка глотни, может «разгладишься» немного, – сказал Фишер пододвигая Диме кружку. Дима сделал несколько глотков холодного пива. Фишер тоже отпил из своей кружки и продолжал:
– Всё. Институт закончили. Совсем. Пора начинать трудовые буржуазные будни, с обязательными вечерними увеселительными программами. Но только организованно! – добавил он указывая указательным пальцем на Диму, снова оглядев его с ног до головы – Нет. Не нравишься сегодня ты мне что-то. Здоровье надо тебе срочно поправлять.
– А я не девушка что бы всем нравиться, – ответил Дима.
– Тоже верно, – легко согласился Фишер, прикладываясь к пивной кружке.
————————————————————–
Так для Димы начался новый период в его жизни.
Лето пролетело как-то незаметно. Днём ездили по магазинам, проверяли как продаётся их техника. Да и то не каждый день. Свободного времени было – полно. Иногда они с Фишером ездили за товаром в Москву. А почти каждый вечер, за редким исключением, проводили в кафе, ресторанах, или ночных клубах.
Дима уже с трудом мог вспомнить дни, когда он обходился без алкоголя. Противное ощущение от пережитого этим летом в июле, выбило всю почву из-под его ног. Ничего не хотелось делать. Ни в чём Дима не видел никакого смысла. Не было никаких желаний. Алкоголь на время притуплял противное ощущение. Но потом, тяжёлые мысли снова накатывали в его голове, только после алкоголя становясь – тяжелее. Никаких целей впереди не обозначалось. Алкоголь хоть ненамного, хоть как-то стимулировал нервную систему.
Наступила осень. В очередной вечер Дима и Фишер сидели в ресторане.
– Слушай, как только мы закончили институт, ты бухать стал больше чем я, – заметил Фишер, – это на тебя так свобода повлияла? Так сказать: резко снялся с тормозов? А?
– Нормально. Давай наливай, – ответил Дима.
– И какой-то ты стал – более «борзый» что ли, смурной какой-то, особенно когда трезвый, – добавил Фишер. – О, смотри, к тебе идут.
Тем временем к их столику подошла девушка. Её звали Наташа. Не так давно Дима познакомился с ней здесь же в ресторане. Она часто здесь бывала. Наташа подошла к их столику, бросила сумочку села стул рядом с Димой, и поцеловав его в щёку весело сказала:
– Привет! Привет! – второй “Привет” она адресовала Фишеру. С ним она тоже была знакома.
– Привет Натаха, как дела? – спросил Фишер.
– Нормально! Видишь, раз Дима рядом, значит нормально, – ответила она.
К ним подошёл знакомый официант.
– Чего будешь? – спросил Дима у Наташи.
– То же что и ты, – радостно ответила Наташа, – я в туалет.
Она встала и направилась к выходу из зала. Фишер посмотрев ей вслед сказал Диме:
– Слушай, может тебе леди поменять что ли? Уж слишком она в поведении… – Фишер неопределённо изобразил что-то рукой в воздухе – уж слишком простая. Просто – край!
– А зачем? С ней всё просто, никаких сюрпризов. Ведь с ней всё ясно, кто она такая? Верно ведь? – ответил Дима намекая на “лёгкое” поведение Наташи.
– Да уж. Все «сюрпризы» как говорится в наличии. Мы из рощи, мы попроще. Нет, дело конечно твоё, твой выбор есть – твой выбор. Как хочешь.
Наташа вернулась через несколько минут, и садясь за столик рядом с Димой спросила у него:
– Мы потом в номер? – она ткнула указательным пальцем вверх, в потолок. На втором и третьем этажах здания располагались гостиничные номера.
– М-гм, – утвердительно промычал Дима, тыкая сосредоточено вилкой в салат.
– Ну ладно, я пойду, – сказал им Фишер вставая. – Спокойной ночи р-р-р-р-р-рребята, – изобразил он голосом собаки «Фильки» из детской вечерней передачи: «Спокойной ночи малыши». Наташа громко, на весь зал ресторана рассмеялась. Дима не отреагировал, тщательно прожёвывая что-то.
————————————————————–

 

Дни пролетали без особого разнообразия. Так получилось, что каждый раз, возвращаясь из центра города, или направляясь из дома в центр, Дима вынужден был проезжать мимо длинного жёлтого здания института, в котором он учился. Как только он его видел, сразу же возникала мысль, что сейчас, где-то здесь может находиться ОНА. Проезжая мимо, он непроизвольно всматривался в стоящие на улице группы студентов, бессознательно надеясь разглядеть среди них её. Одновременно понимая, что если он её увидит, даже стоящую одну, то это принесёт ему сильную боль.
Единственным способом как-то забыться, были алкогольные напитки. Иногда он “заряжался” прямо с утра, и весь день до вечера поддерживал такое “приподнятое” состояние. Чаще всего, это было вместе с Фишером, который постоянно пребывал в каком-то эйфорическом приподнятом состоянии. Но Дима, будучи и один, мог зайти в кафе чтобы взбодрить себя алкоголем.
Дома, мать и отец, видя что он почти каждый день приходит “навеселе”, стали проводить с ним неприятные нравоучительные беседы. Эти разговоры Дима – терпеть не мог. Такие воспитательные беседы не могли ни к чему привести, и поэтому были – бессмысленными. Смысла в своей жизни и в своей деятельности он не видел. А для того чтобы хоть как-то нормально себя ощущать и чувствовать, кроме как алкогольное «забытьё», ему ничего не помогало.
Когда в очередной раз, вечером ему надо было ехать из ресторана домой, то этоснова вызывало плохое настроение. Опять мать начнёт выговаривать ему, приставать с расспросами: “что, да почему?” Всё это – надоело. Надо было что-то кардинально менять. Дима не мог дальше так жить, и  чтобы это так всё дальше и продолжалось.

Наступил новый 1994 год. “Скоро наступить весна, и точно начнёт – “срывать крышу” ещё больше», – думал Дима. Мысль уехать из города уже давно появлялась у него в голове. Если он уедет из города, то он не будет видеть никого из своих знакомых, и ничего того, чтобы это ему напоминало о ней. Ему так будет проще всё забыть. Он не будет думать о ней, проезжая каждый раз мимо института. Избавиться от её навязчивого образа он не мог. А это заполняло всё его сознание тяжёлым противным ощущением. Сразу же возникало желание притупить это состояние алкоголем.
Надо уезжать из города. Родителям он всё объяснит – как сумеет. Другого выхода он всё равно не видит. Сане Фишеру придётся тоже принять эту новость так как она есть.
Как-то сидя обедая в ресторане с Фишером, Дима начал разговор:
– Сань.
– А.
– Короче, я решил в Москву дёрнуть.
– А за чем? Товар вроде ещё есть половина из того что привезли, – ответил с удивлением Фишер.
– Не, ты не понял. Я совсем, жить хочу уехать туда. Надоело всё, вообще – край как надоело!
Саня Фишер удивлённо посмотрел на Диму:
– Может похмелился как-то неправильно? – выдвинул предположение Фишер, – так надо поправить это, и всё пройдёт.
– Да нет. Я уже давно об этом думал, – ответил Дима.
Фишер снова удивлённо посмотрел на Диму, потом налил себе водки, налил Диме. Они выпили. Фишер посмотрел на Диму и спросил:
– Так ты что? Реально решил в Москву? А чего ты там делать то собрался?
– Я звонил интересовался, короче в охрану. Платят нормально. Сначала посмотрят, а потом в “личку” – личную охрану можно будет перейти. Там платят прилично. Сниму домик частный в Подмосковье где-нибудь. На природе чтобы жить. В городе – надоело, не хочу. Послезавтра поеду разговаривать на счёт всего. Вот так в общем.
– Блин. Это ты уже давно собирался, всё уже решил, и мне ничего не говорил? – спросил Фишер удивлённо.
– Я ещё и сам уверен не был. А теперь короче всё. Решил, – ответил Дима.
– Блин, а как же бизнес? И потом, мы же с тобой с первого курса вместе! А? Димон, б..я! Я совсем не въезжаю! Чего тебе тут-то не хватает?
– Не могу я тут, Сань. Мать “пилит”, типа – «Пьёшь каждый день». Хоть домой – вообще не ходи. Да и вообще – всё надоело! Да и с бизнесом уже не так уж чтобы всё “в шоколаде”.
– Слушай, ну ты огорошил конечно, – глядя в окно сказал Фишер.
Диме как-то стало неудобно, перед Саней. Даже как-то жалко его.
– Ну чего ты? Вы и с Вайсом нормально отдыхаете. Он нормальный такой, голова вроде – на месте.
– Да, Вайс-Вайс – “аусвайс”, – как то обречённо ответил Фишер. – Всё равно, как-то неожиданно всё ты так решил. А как же Натаха твоя «прибабахнутая»? Нехорошо девушку бросать.
Дима слегка улыбнулся, вспоминая “прибабахнутую” Натаху.
– Натаха долго скучать без меня не будет. Если вообще – будет.
– Ты хоть приезжать-то будешь? – спросил Фишер.
– Ну конечно буду, куда же я денусь-то? Чего тут, три часа до Москвы езды то, всего, – ответил Дима.
– Ну да, три часа, – невесело отозвался Фишер.
Этот вечер уже не слишком располагал к веселью.
– Ну что ж, ладно. Твой выбор – это твой выбор, – сказал Фишер. – Как решил, так и будет. Ну если не «покатит» там в Москве, или скучно вдруг станет, то сразу сюда, понял? Договорились?
– Договорились, – улыбаясь ответил Дима.
В этот вечер домой Дима ехал с каким-то новым чувством облегчения. Грядущие изменения в жизни давали ощущение того, что жизнь должна измениться в лучшую сторону. И эта надежда основывалась на том, что всё то противное, тянущее и давно заполняющее всё его сознание – исчезнет. Пусть не сразу, но пройдёт. Надежда на это сейчас как-то грела его изнутри. Дима вдруг ощутил, что ему уже давно не было так легко. Он опять начал чего-то ждать от этой жизни. Чего-то хорошего.
«Значит – правильно! Надо ехать».

                                   КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ.

ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА 4  —  ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Leave a Comment

Ваш e-mail не будет опубликован.

Яндекс.Метрика